Зарубежная литература 20 века

ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА 20 ВЕКА

Кирилловская Олеся Александровна

УлГПУ, Ульяновск

Закончившаяся вторая мировая война мало чему научила человечество. Не успели оплакать родные и близкие многочисленные жертвы, как политики снова поделили мир на своих врагов, на коммунистов и капиталистов, на блок стран социализма и капитализма. В мире вновь началось противостояние с безудержной гонкой вооружения, теперь уже ядерного. Образ врага проникал в общественное сознание людей, поражал недоверие. Неоднократно мир стоял перед угрозой развязывания новой войны, особенно в момент Карибского кризиса 1962г. на Кубе. Р.Кеннеди и Н.Хрущеву хватило здравого смысла, чтобы избежать второй мировой войны. Вот главе противостояния находились две супердержавы - США и СССР. Мир неоднократно был свидетелем позорных локальных войн против Вьетнама, Кореи и других народов Индокитая. После войны на освобожденной Советской Армией территории Европы образовалось несколько социалистических государств, которые вошли в систему социализма. В идеологии противостояние между системами капитализма и социализма было непримиримым и даже воинственным («холодная война»), в искусстве влияние капиталистического Запада на страны социализма также было заметным. Последним. кто поддался этому влиянию, был СССР, но до последнего времени новые искания художников в 60 – 80-х гг. признавались формалистическим искусством и запрещались официальной идеологической линией.

После второй мировой войны в странах социализма (Болгария, Венгрия, Чехословакия, Румыния, ГДР) началось становление социалистического искусства, нередко под идеологическим давлением, поэтому процесс сопровождался противоречиями. Здесь образовались различные и своеобразные школы со своими путями к реалистическому искусству, исходящими из национальных традиций, из опыта советского искусства и всей реалистической культуры мира. История, жизнь и труд народов, их путь к социализму, борьба за лучшее будущее, борьба против угрозы новой войны составили содержание этого искусства.

В странах капитализма продолжалось наступление модернизма в самых различных его проявлениях, во главе этого модернистского всплеска стали США. Лишь в конце 80-х годов наметилась некоторая усталость от модернистских экспериментов, у искусства вновь появилась потребность в профессионалах высокого класса.

Центр изобразительного искусства переместился в США с середины 60-х гг. Художники-бунтари стали стремиться за океан, как ранее они приезжали в Рим, а потом в Париж для получения всемирной признательности. США же продолжают оставаться фаворитом мирового кинопроизводства, которое здесь представляет отдельную отрасль индустрии, но поток всегда уничтожает индивидуальное творчество, поэтому весь мир окунулся в низкопробный омут вестернов, детективов, мелодрам, триллеров, сделанных в США. Но несмотря на свою низкопробность, эта продукция выполняет свои идеологические задачи навязывания американского образа жизни. Все запретные меры в странах Европы по ограничению потока заокеанского кино в 50-70 годы не увенчались успехом.

Картина стилей и направлений искусства 2-й половины XX в. крайне разнообразна. Больше приходится говорить о моде в искусстве, чем о новых серьезных течениях. Больше появилось выдумщиков ремесленного пошиба, нежели мастеров, способных мыслить образно и создавать образные произведения.

Литература, как самый чуткий вид искусства, состояла в зависимости от общественных процессов 2-й половины ХХ в. Она реагировала на национально- освободительное движение, на молодежное движение 60-х гг., на агрессию стран капитализма в Индокитае, на смену политических ориентаций правящих режимов т. д. Литературное искусство в разных странах имеет свои национальные особенности, мы отметим лишь самые общие закономерности литературного процесса 2-й половины ХХ в.

Во второй половине ХХ в. стремительно расширяется международный диапазон литературы. На мировую арену выходят национальные литературы освободившихся стран Азии, Африки и Латинской Америки. Становятся всеобщим достоянием сокровища их древней культуры, ранее находившиеся в забвении, достаточно распространены международные литературные контакты. В западной литературе ощущаются настроения пессимизма, обреченности, страха перед будущим. Научно-технический прогресс в общественных отношениях повлиял на тематику литературы: космос, роботы, компьютеры стали объектами интереса многих писателей.

Вся западная литература делится на 2 больших пласта: «массовая» литература и «большая» литература. Массовая литература заполняла полки книжных магазинов и была рассчитана на общий потребительский уровень с целью отвлечь, развлечь , позабавить человека, пощекотать ему нервы и т.д.. Обычно эта многотиражная литература создается по определенному шаблону (драматизация сюжета и сексуальные приключения, отождествления героя с читателем, «хеппи-энд» для улучшения настроения) и ничего общего с искусством не имеет, хотя случаются исключения (например английские шпионские и детективные романы).

В большой литературе происходят творческие поиски, которые влияют на литературный процесс, преобразуют литературу, развивают ее. Демократический накал Сопротивления, когда под одной крышей объединились писатели совершенно разных эстетических убеждений, существенно повлиял на дальнейшее послевоенное творчество тех, кто участвовал в антифашистском движении. Это сказалось на развитии неореализма, характерного для Италии (романы Альберто Моравия). Но вскоре временное единение ушло в прошлое, и литература стала представлять собой пеструю разнообразную картину, в которой время от времени одни цвета менялись на другие, но количество их всегда было большим.

Мощным явлением литературы 2-й половины ХХ в. стала литература модернизма. Особенно ярко это проявилось в драматургии (театр абсурда, или антитеатр, пьесы Ионеско и Беккета) и поэзии. Поэты отгораживались от реальности, предлагая себе и узкому кругу виртуальную реальность, созданную ими самими. Виднейшим представителем французского модернизма является поэт Рене Шар. До войны он был сюрреалистом, в годы войны был командиром крупного партизанского соединения, написав «Листки Гипноса» (1946) – дневник военной жизни партизанского соединения («Между миром и мной нет досадной завесы»), но после войны Шар возвращается к новым экспериментам в поэзии. Его творчество очень разнообразно, своим учителем его считают авангардисты, заводящие поэзию в дремучие дебри, и поэты реалистического склада. Вот несколько афоризмов из произведений Шара: «В самую страшную бурю рядом отыщется птица, чтобы нас утешить» («Встающие на заре»), «вино свободы киснет если его не пить…» («Возвращение верховья»), «чтобы вырасти, надо уметь волноваться» («Тридцать три фрагмента»), «тень твоя может коснуться даже навоза, но в тебе должно быть только святое» («Спутники в саду»), «не жалуйся, что живешь ближе к смерти, чем другие смертные» («Встающие на заре»).

Формалистическими поисками - игрой слов, обыгрыванием отдельных слогов, непонятных неологизмов, занималась группа УЛИПО, созданная в ноябре 1960г. Группа поставила своей задачей выработать правила конструирования стиха без поэтического вдохновения, как в математике. Видными представителями группы были Роман Кено и Жак Рубо. Кено предлагал читателю самостоятельно складывать сонеты. Так, строчки его сонетов разрезались и свободно листались, читатель мог, например, первую строчку первого сонета соединить со 2-й строчкой второго, 3-ю – шестого и т.д. И могло получиться что-нибудь такое:

Удивляет всех эта серая равнина

Человек с вульгарным вкусом требует хороших стихов

Мы продрогли так, словно стоим голышом на льдине

Римляне и Греки тщетно ищут свои слова.

Сборник назывался «Сто тысяч миллиардов стихотворений» (1961), эксперимент Кено по взаимозаменяемости строк продолжался в книге «Первоначальная мораль» (1975). Шедевры и ремесленные поделки создавались по одной технике – это считалось интересным и новым. Преподаватель в Сорбонне Ж.Рубо предложил математическую поэзию. В 1967г. вышла его книга «Эпсилон», в которой автор хотел подчинить поэзию определенному ритму, правилам синтаксиса, даже если она не имеет смысла.

Читать книгу нужно было по правилам японской игры, читая страницы то с белыми, то с черными отметками. Каждое слово автор хотел сделать холодной цифрой и криком. Поэтому в книге было общественное звучание трагического разлада с миром:

Я зол и мрачен в золе и прахе

В мои литавры грохочет время

Влачу в пустыне аскезы бремя

Мой лик вопит утверждая страхи…

я тот которого кто-то режет

лезвием солнечного топора

я тот над которым пламя и скрежет

но скорбь хранит меня как нора

душит меня ночная гниль

кожу сдирает дневная пыль.

Видное место во французской литературе принадлежало Жаку Прево, который опирался на традиции Гюго и «умел разговаривать с народом», откликался на происходящие события:

За кулисами прогресса

Интригуемые люди

Интегрально занимаются

Прогрессирующим разложением

Терпящей бедствие истерии.

Так Прево озвучивал выморенные мысли, используя заумные слова и неологизмы.

Истинные пленные –

Молодежь с забитым кляпом во рту…

И силой порядка

Рот ей заткнут.

Закрывают!

Но молодость с обеих ног,

Дубинкой избитая, истоптанная,

От газа ослепшая,

Поднимается, чтобы настежь открыть двери –

Двери ветхого, луженого

Прошлого.

Открывают!

Открывается жизни

Солидарность

И свобода ясности.

Май 1968

Так Прево реагировал на молодежное движение 60-х г. Будучи новатором в поэзии, умелым «игроком» с элементами стиха, Прево не отгораживался от жизни.

Распространена была в Европе и «конкретная поэзия». Конкретисты (А.Хинли, Э. Морган, Л. Фанивал) предлагали создать систему нового синтаксиса знаков, предлагали стихотворение из 2-3-х слов, многократно повторенных.

В 50-70-е гг. во французской литературе была распространена практика «нового романа» («антиромана»). Писатели «нового романа» провозгласили технику традиционной повествовательной прозы исчерпанной и предприняли попытку выработать приемы бесфабульного, безгрозного повествования, т.е. романа без сюжета, без интриги, без истории жизни героев и т. п.

«Неоромантики» исходили из того, что само понятие личности тоже устарело, поэтому писать есть смысл только о предметах или каких-то массовых явлениях или мыслях без конкретного сюжета и без характеров действующих лиц. В ряде случаев представители этого направления отступали от своих принципов, и их произведения получали содержательное наполнение («Изменение» Бютора, «Выслышите их?» Натали Саррот и др.)

Литература 2-й половины ХХв. была представлена произведениями критического реализма, неоромантизма, новым реализмом, фантастической литературой и т. д. Каждая литературная держава (Франция, Англия, США, ФРГ) развивалась особо, поднимая в литературе животрепещущие проблемы, характерные для нее (в США - проблема негров, в ФРГ – проблема неофашизма, в Англии – антиколониальные идеи и т.д.), но были общие моменты, связанные с общеисторическими явлениями молодежного движения 60-х годов, прокатившегося по всем странам, угрозы ядерной войны, связанной с гонкой вооружений, распространением пессимизма и неверием в прогресс.

Поэзией, принявшей на себя проблемы мира, стала поэзия «нового реализма» 70-х гг. (Франк Веной, Пьер Тальман, Патрис Дельбур, Даниель Биг и др.) В ней много конкретики, мало патетики, она крепко заземлена в эпичной ситуации. Ее герой – человек, находящийся в стрессовой ситуации, болезненно реагирующий на любое прикосновение реальности.

Вы свели человеческую судьбу

К погоне за прибылью,

За деньгами,

За комфортабельной спячкой.

Среди груды вещей,

Заменивших вам смысл жизни,

У вас нет ничего.

Вы заслужили крах, который вас ожидает.

П. Тальман

«Новый реализм» поглощён предчувствием угрозы, гибели человека не под бомбами, а под вещами, в результате утраты души, личного начала. Но зачастую поэты не могут противопоставить натиску цивилизации ничего:

Во мне - одна пустота, я вижу

Пустые сны, живу на пустой желудок.

Целуюсь с пустой душой.

Мне хочется принять решение,

Но я подожду немного.

П. Тальман

Герой недоволен собой, но пассивен. Тема одиночества, трагической судьбы молодого героя и бездуховности современного буржуазного общества отражены в произведениях Генриха Белля («Глазами клоуна», 1963); Ганс Шнир в одиночку хочет сразится с политическим клерикализмом Западной Германии, пытается отстоять свою независимость. Преданный родителями и любимой женщиной, он оказывается без работы. Он не идет на поклон к богатым родственникам, а идет на вокзальную площадь просить милостыню, выражая протест против респектабельных родителей и преуспевающего общества. В романе американского писателя Джерома Сэлинджера «Над пропастью во ржи» (1951) атмосфера лжи, лицемерия окружает главного героя, 16-летнего американского подростка Холдинга Колфильда. Ему все осточертело, он поменял уже 4 школы, где много непорядочных, вороватых учеников, где директор школы лебезит перед богатыми родителями и еле заметно здоровается с бедными. Колфильд – нормальный подросток, он любит родителей, сестренку Фибби, но он не хочет жить так, как живут все вокруг. Но как жить иначе, он не знает. Ему очень хочет уберечь маленьких ребятишек, которые играют рядом с пропастью во ржи.

Знаменитый фантаст Рей Бредбери тоже пессимистично смотрит в будущее. Его общество будущего в романе «451 градус по Фаренгейту» составляет бездуховные, агрессивные люди, подчиненные власти вещей.

Литература

1.История мировой культуры / Под ред. Левчука Л. Т., М, 1994.

2.Левек П. Эллинистический мир. М.,1989.

3. Искусство (часть 1): Книга для учителя. / И.В. Аппатов, Н.Н. Ростовцев– М.:, Просвещение, 1987.

4. Искусство (часть 2): Книга для учителя. / И.В. Аппатов, Н.Н. Ростовцев – М.: Просвещение, 1988.