Материал по истории "Века память - Каныш Сатпаев"

Человеческая память! Самое вместительное хранилище страниц жизни! Человеческая память – интересное творение природы. Она способна сохранить в себе многое – значительное и неважное, гениальное и обыденное, яркое и мрачное. Не каждому дается обосноваться здесь. Мощные потоки времени стирают из памяти то, что недостойно жить вечно, но те, Настоящие Люди, которые в ней поселяются навсегда, живут полноценной жизнью: каждое слово, каждое движение отпечаталось в памяти – вот, человек заговорил, а сейчас смотрит с укоризною… Именно в этом мире и обосновался Каныш Имантаевич Сатпаев – самая замечательная личность науки Казахстана. Его дела – продолжение его жизни, то, что внес великий ученый в развитие науки ощутимо и весомо. Жизнь продолжается и в наших сердцах, сердцах тех людей, которые когда - либо встречали его.

 Война. Зима 1943 года. В Алма - Ате проходит совещание казахских литераторов и кинематографистов с деятелями искусства Москвы, эвакуированными туда по воле войны. На этом совещании Эрмлер рассказывает о намерении создать фильм о промышленности Казахстана. Это было предложение России, и Казахстан должен был ответить. Кто будет говорить? С места поднялся высокий человек – Каныш Имантаевич Сатпаев. Действительно, кто же лучше сможет рассказать о промышленности, ее развитии, о людях, которые работают в этом направлении.

 Каныш Сатпаев родился в 1899 году у подножия горы Баян. С детства он любил родную землю: бурные потоки, степи, пьянящий воздух гор, ущелья. Природа Казахстана баюкала мальчика, растила из него своего ценителя.

 В 1921 году среди студентов Томского технологического института появился Каныш Сатпаев, и с первых дней он прикипел душой к геологоразведочной специальности. В то время научных кадров было очень мало. Они и учили молодежь, и работали в экспедициях. Уже на первом курсе студенты принимали участие в практических работах вместе с учителями. Будучи студентом, Каныш прошел вдоль и поперек землю Казахстана и все искал, искал… Каныш твердо знал: без поиска никакие подземные клады не откроются, ведь реальные месторождения – это не сказочные пещеры, которые при словах: «Сим, сим, откройся!» - осчастливливают человека. Для того, чтобы чего - то добиться, нужно работать не покладая рук, знать, что упорство и настойчивость – самые лучшие помощники геологу. Колоссальный труд и почти 15 лет понадобились ему, чтобы доказать: природные богатства Карсакпая и Джезказгана огромны.

 Впервые приехав в Карсакпай осенью 1926 года, Каныш Имантаевич, в первую очередь изучил противоречивый геологический архив. В результате этого беглого знакомства 26 января 1927 года Сатпаев пишет статью «Карсакпайский район и его перспективы», где подробно его описывая, ставит вопрос о ведущей роли тяжелой промышленности в будущим развитии этого района: «Джезказган представляет в потенции одну из богатейших мировых провинций меди, в пользу которой в будущем уступят пальму первенства большинство ведущих медных провинций Америки».

 В начале 1929 года в связи с пуском Карсакпайского комбината Сатпаев был переведен в Карсакпай на постоянное место работы в качестве начальника и главного геолога геологоразведочного отдела комбината (впоследствии Джезказганская геологоразведочная контора). Сразу же по приезду он принимает действенные меры по масштабным исследованиям Джезказгана и Байконура. Но с конца 1933 года начинаются перебои в финансировании разведки, а в 1935 – Главцветмет окончательно отказывается от выделения средств. Положение сложное. Видимый выход – роспуск сплоченного коллектива инженеров. Но участники экспедиции решили не бросать работу. Согласившись на минимальную зарплату, они собрали последние деньги и на них отправили Сатпаева в Москву. В столице ему пришла в голову идея созыва специальной научной сессии при Академии наук СССР по потенциалу Большого Джезказгана и Большого Алтая. В этой сессии принимали решение участие многие известные ученые – В. А. Обручев, А. Д. Архангельский, А. А. Байков, Б. Е. Веденеев. После обстоятельного доклада казахского геолога, Джезказган был признан первым в медной промышленности, и здесь же было указано на необходимость дальнейших разработок в этой области. По этому вопросу Сатпаев встречался и с Серго Орджоникидзе, после чего работы возобновили.

 Итак, уже в самом начале его деятельности мы видим ум, целенаправленность Каныша Имантаевича. Но, рассказывая об этой истории, Сатпаев никогда не говорил: «Я», - а делал упор на тот дух общности, который поведал об энтузиастах, шедших на лишения во имя идеи. Окрыленный в буквальном смысле Каныш Имантаевич, вернувшись домой, «перелетал» от одного места к другому, успевая везде, проявляя просто нечеловеческую работоспособность. Несмотря на то, что его рабочий день длился 15 часов (а когда и дольше), внимание свежесть ума и добродушие не покидали его, люди, хотя бы раз с ним встречавшиеся, уже никогда не забывали его. Здесь же Сатпаев впервые проявил себя как талантливый организатор. Во время такой тяжелой работы, казалось, нет времени на что - либо другое. Но в Джезказганский период Сатпаевым написано 46 научных статей, в которых подробно освещались вопросы геологического и экономического характеров.

  Вечный странник – Сатпаев находил время и для поездок по делам, отвлеченным от его основной работы. С проводником – любителем, распевая песни родного народа, на старом грузовом фордике исколесил необъятную пустыню Центрального Казахстана. Останавливаясь на отдых в каком - нибудь ауле, Сатпаев никогда не упускал возможности послушать рассказы о жизни людей в этом крае, ведь его всегда интересовала история народа, им было открыто несколько археологических памятников. Простой народ всегда тянулся к Канышу Сатпаеву, их преданность и любовь к нему были безграничны. Многие чабаны вспоминали о встречах с ним, как о счастливых моментах жизни. Вот, что рассказывает Рахмет Жаппаспаев, частенько сопровождавший Сатпаева в экспедициях: «Вдоль и поперек исходил всю Среднюю Азию, бывал и в Кашгаре. Многое уже забылось, но дни, проведенные с Канышом, век буду помнить. Ведь дела и мысли Каныша, его советы и мечты согревают душу человека, вдохновляют его, вселяют бодрость… Во время полевой работы Каныш замечал все: и чудесные памятники старины – огромные валы городищ, остатки древних оросительных систем, наскальные рисунки и надписи, каменные изваяния. Многие из них мы исследовали. Однажды, когда мы были на вершине горы Алтын - Шасу, близ Улытау, Омеке, человек, сопровождавший нас, рассказал о скале с непонятными письменами. Каждый из нас владел арабским, но это было не арабское письмо. Однако, Каныш сумел понять его смысл: это была надпись о походе Тамерлана в киргизский край».

 22 июня 1941 года Джезказган организовал прощальную встречу со своим любимым руководителем, переводившимся в Алма - Ату для того, чтобы возглавить созданный при Казахском филиале Академии наук СССР Институт геологических наук. Война диктует свои условия: стране нужен был марганец – он дал его ей, и, несмотря на трудности военного времени, Сатпаев приступит к развитию науки в Казахстане. В 1942 году он был назначен председателем Казахского филиала Академии наук СССР. Тут же начался отбор квалифицированных кадров для создания здорового и работоспособного коллектива. Под умелым руководством К. И. Сатпаева Казахский филиал в 1946 году преобразовывается в республиканскую Академию наук.

 Будучи президентом АН Казахской ССР и крупнейшим ученым в области геологии, Сатпаев уделяет равное внимание и другим отраслям науки, проявляет себя в таких ее направлениях, как палеонтология, астрофизика, микробиология и др. Он стал автором более 300 работ, касающихся различных областей науки. На протяжении всей жизни он пристально следил за своим «детищем» - Большим Джезказганом.

 Человек большого сердца, теплой и чистой души, прирожденный талант, поражающий разносторонностью знаний, эрудицией, истинный руководитель, заражающий энтузиазмом, справедливый и требовательный. Все, что сделал Сатпаев, масштабно и значимо, как его жизнь. Его творения также велики, как его широкая душа и грандиозный ум. Великий организатор, великий ученый и человек – яркая звезда нашей страны!

Века память.

Человеческая память! Самое вместительное хранилище страниц жизни! Человеческая память – интересное творение природы. Она способна сохранить в себе многое – значительное и неважное, гениальное и обыденное, яркое и мрачное. Не каждому дается обосноваться здесь. Мощные потоки времени стирают из памяти то, что недостойно жить вечно, но те, Настоящие Люди, которые в ней поселяются навсегда, живут полноценной жизнью: каждое слово, каждое движение отпечаталось в памяти – вот, человек заговорил, а сейчас смотрит с укоризною… Именно в этом мире и обосновался Каныш Имантаевич Сатпаев – самая замечательная личность науки Казахстана. Его дела – продолжение его жизни, то, что внес великий ученый в развитие науки ощутимо и весомо. Жизнь продолжается и в наших сердцах, сердцах тех людей, которые когда-либо встречали его.

Война. Зима 1943 года. В Алма-Ате проходит совещание казахских литераторов и кинематографистов с деятелями искусства Москвы, эвакуированными туда по воле войны. На этом совещании Эрмлер рассказывает о намерении создать фильм о промышленности Казахстана. Это было предложение России, и Казахстан должен был ответить. Кто будет говорить? С места поднялся высокий человек – Каныш Имантаевич Сатпаев. Действительно, кто же лучше сможет рассказать о промышленности, ее развитии, о людях, которые работают в этом направлении.

Каныш Сатпаев родился в 1899 году у подножия горы Баян. С детства он любил родную землю: бурные потоки, степи, пьянящий воздух гор, ущелья. Природа Казахстана баюкала мальчика, растила из него своего ценителя.

В 1921 году среди студентов Томского технологического института появился Каныш Сатпаев, и с первых дней он прикипел душой к геологоразведочной специальности. В то время научных кадров было очень мало. Они и учили молодежь, и работали в экспедициях. Уже на первом курсе студенты принимали участие в практических работах вместе с учителями. Будучи студентом, Каныш прошел вдоль и поперек землю Казахстана и все искал, искал… Каныш твердо знал: без поиска никакие подземные клады не откроются, ведь реальные месторождения – это не сказочные пещеры, которые при словах: «Сим, сим, откройся!» - осчастливливают человека. Для того, чтобы чего-то добиться, нужно работать не покладая рук, знать, что упорство и настойчивость – самые лучшие помощники геологу. Колоссальный труд и почти 15 лет понадобились ему, чтобы доказать: природные богатства Карсакпая и Джезказгана огромны.

Впервые приехав в Карсакпай осенью 1926 года, Каныш Имантаевич, в первую очередь изучил противоречивый геологический архив. В результате этого беглого знакомства 26 января 1927 года Сатпаев пишет статью «Карсакпайский район и его перспективы», где подробно его описывая, ставит вопрос о ведущей роли тяжелой промышленности в будущим развитии этого района: «Джезказган представляет в потенции одну из богатейших мировых провинций меди, в пользу которой в будущем уступят пальму первенства большинство ведущих медных провинций Америки».

В начале 1929 года в связи с пуском Карсакпайского комбината Сатпаев был переведен в Карсакпай на постоянное место работы в качестве начальника и главного геолога геологоразведочного отдела комбината (впоследствии Джезказганская геологоразведочная контора). Сразу же по приезду он принимает действенные меры по масштабным исследованиям Джезказгана и Байконура. Но с конца 1933 года начинаются перебои в финансировании разведки, а в 1935 – Главцветмет окончательно отказывается от выделения средств. Положение сложное. Видимый выход – роспуск сплоченного коллектива инженеров. Но участники экспедиции решили не бросать работу. Согласившись на минимальную зарплату, они собрали последние деньги и на них отправили Сатпаева в Москву. В столице ему пришла в голову идея созыва специальной научной сессии при Академии наук СССР по потенциалу Большого Джезказгана и Большого Алтая. В этой сессии принимали решение участие многие известные ученые – В.А.Обручев, А.Д.Архангельский, А.А.Байков, Б.Е.Веденеев. После обстоятельного доклада казахского геолога, Джезказган был признан первым в медной промышленности, и здесь же было указано на необходимость дальнейших разработок в этой области. По этому вопросу Сатпаев встречался и с Серго Орджоникидзе, после чего работы возобновили.

Итак, уже в самом начале его деятельности мы видим ум, целенаправленность Каныша Имантаевича. Но, рассказывая об этой истории, Сатпаев никогда не говорил: «Я», - а делал упор на тот дух общности, который поведал об энтузиастах, шедших на лишения во имя идеи. Окрыленный в буквальном смысле Каныш Имантаевич, вернувшись домой, «перелетал» от одного места к другому, успевая везде, проявляя просто нечеловеческую работоспособность. Несмотря на то, что его рабочий день длился 15 часов (а когда и дольше), внимание свежесть ума и добродушие не покидали его, люди, хотя бы раз с ним встречавшиеся, уже никогда не забывали его. Здесь же Сатпаев впервые проявил себя как талантливый организатор. Во время такой тяжелой работы, казалось, нет времени на что-либо другое. Но в Джезказганский период Сатпаевым написано 46 научных статей, в которых подробно освещались вопросы геологического и экономического характеров.

Вечный странник – Сатпаев находил время и для поездок по делам, отвлеченным от его основной работы. С проводником – любителем, распевая песни родного народа, на старом грузовом фордике исколесил необъятную пустыню Центрального Казахстана. Останавливаясь на отдых в каком-нибудь ауле, Сатпаев никогда не упускал возможности послушать рассказы о жизни людей в этом крае, ведь его всегда интересовала история народа, им было открыто несколько археологических памятников. Простой народ всегда тянулся к Канышу Сатпаеву, их преданность и любовь к нему были безграничны. Многие чабаны вспоминали о встречах с ним, как о счастливых моментах жизни. Вот, что рассказывает Рахмет Жаппаспаев, частенько сопровождавший Сатпаева в экспедициях: «Вдоль и поперек исходил всю Среднюю Азию, бывал и в Кашгаре. Многое уже забылось, но дни, проведенные с Канышом, век буду помнить. Ведь дела и мысли Каныша, его советы и мечты согревают душу человека, вдохновляют его, вселяют бодрость… Во время полевой работы Каныш замечал все: и чудесные памятники старины – огромные валы городищ, остатки древних оросительных систем, наскальные рисунки и надписи, каменные изваяния. Многие из них мы исследовали. Однажды, когда мы были на вершине горы Алтын-Шасу, близ Улытау, Омеке, человек, сопровождавший нас, рассказал о скале с непонятными письменами. Каждый из нас владел арабским, но это было не арабское письмо. Однако, Каныш сумел понять его смысл: это была надпись о походе Тамерлана в киргизский край».

22 июня 1941 года Джезказган организовал прощальную встречу со своим любимым руководителем, переводившимся в Алма-Ату для того, чтобы возглавить созданный при Казахском филиале Академии наук СССР Институт геологических наук. Война диктует свои условия: стране нужен был марганец – он дал его ей, и, несмотря на трудности военного времени, Сатпаев приступит к развитию науки в Казахстане. В 1942 году он был назначен председателем Казахского филиала Академии наук СССР. Тут же начался отбор квалифицированных кадров для создания здорового и работоспособного коллектива. Под умелым руководством К.И.Сатпаева Казахский филиал в 1946 году преобразовывается в республиканскую Академию наук.

Будучи президентом АН Казахской ССР и крупнейшим ученым в области геологии, Сатпаев уделяет равное внимание и другим отраслям науки, проявляет себя в таких ее направлениях, как палеонтология, астрофизика, микробиология и др. Он стал автором более 300 работ, касающихся различных областей науки. На протяжении всей жизни он пристально следил за своим «детищем» - Большим Джезказганом.

Человек большого сердца, теплой и чистой души, прирожденный талант, поражающий разносторонностью знаний, эрудицией, истинный руководитель, заражающий энтузиазмом, справедливый и требовательный. Все, что сделал Сатпаев, масштабно и значимо, как его жизнь. Его творения также велики, как его широкая душа и грандиозный ум. Великий организатор, великий ученый и человек – яркая звезда нашей страны!

Учитель истории СШ№ 3 г.Актобе Арынгазиева С.А.