Новаторство поэзии Маяковского

Сегодня на уроке мы:

·     побеседуем о поэзии Владимира Маяковского.

·     разберёмся, в чём проявляется новаторство его стихотворений.

·     узнаем, что такое труд поэта с точки зрения Маяковского.

Нами

    лирика

        в штыки

            неоднократно атакована,

Ищем речи

    точной

        и нагой.

Но поэзия –

    пресволочнейшая штуковина.

Существует –

    и ни в зуб ногой.

Так писал Маяковский о поэтическом творчестве.

Для Маяковского путь в литературу начался с альманаха «Пощёчина общественному вкусу», в котором было напечатано его стихотворение «Ночь».

Поэтому, чтобы понять принципы творчества Маяковского, вспомним основные идеи кубофутуризма.

Во-первых, кубофутуристы отвергали классическую литературу, считая её устаревшей.

Во-вторых, считали, что новой литературе нужны новые языковые средства: лексика, синтаксис, грамматика.

В-третьих, к средствам художественной выразительности кубофутуристы причисляли эпатаж.

Кроме того, главным было для них неприятие буржуазной морали и устремлённость в будущее.

Но кубофутуризм не единственный исток новаторства Маяковского. Не будем забывать, что Маяковский – пролетарский поэт, певец революции и создатель ЛЕФа – Левого фронта искусств.

Лефовцы призывали соединить искусство и промышленное производство, заменить художественный вымысел документалистикой. Они провозгласили теорию соцзаказа – отныне искусство служило пролетариату. Поэт должен быть полезен народу.

«Товарищи! Дайте новое искусство – такое, чтобы выволочь республику из грязи», – призывал поэт в стихотворении с громким названием «Приказ № 2 по армии искусств».

Маяковский сам создавал новое искусство. И новаторство его затрагивало и содержание, и форму стиха. Поэт открывал новые темы: революция, гражданская война, строительство социалистического общества.

При этом в его поэзии соединяется лирический взгляд на окружающую действительность с сатирическим. Так, например, в стихотворении «Гимн учёному» поэт изображает крайний рационализм:

Сердце девушки, вываренное в йоде,

Окаменелый обломок прошлого лета.

И ещё на булавке что-то вроде

засушенного хвоста небольшой кометы…

Если говорить о новаторстве формы стиха Маяковского, что в первую очередь придёт на ум? Ну конечно же, знаменитая лесенка! В статье «Как делать стихи» поэт объясняет, зачем ему понадобилось делить стихотворные строки. Для Маяковского в стихе были очень важны интонация, ритм и паузы. «Лесенка» помогает донести авторскую интонацию до читателя точно, без искажения.

Кстати, недоброжелатели обвиняли поэта, что он использовал «лесенку», чтобы искусственно увеличить свой гонорар. Дело в том, что тогда платили не за количество слов или знаков, как сейчас, а за количество строк.

Что ещё необычного в стихах Маяковского?

Ритм, скажете вы. И не ошибётесь! Поэт считал ритм «основой всякой поэтической речи» и «основной силой стиха». Маяковский часто сравнивал ритм с электрической энергией.

Как же поэт преобразовал эту энергию?

Он отказался от традиционного силлабо-тонического способа стихосложения. В этой системе в зарифмованных строках должно быть одинаковое количество слогов. А равномерное чередование ударных и безударных слогов образует стихотворный размер: ямб, хорей, дактиль, анапест или амфибрахий.

Стих Маяковского называют интонационно-тоническим. Поэт не использует привычные стихотворные размеры, а количество слогов в рифмованных строках совпадает довольно редко. Как же Маяковский строит стихи?

Строительной единицей для поэта становится слово, а не слог.

Равномерное чередование слогов придаёт стихам напевность, музыкальность. Маяковскому этого не требовалось. Он был оратором, а не певцом. Обратите внимание, сколько ораторских приёмов в его стихах: риторические вопросы, обращения, восклицания и так далее. Например:

Послушайте!

Если звёзды зажигаются, значит это кому-то нужно?

Или

Читайте, завидуйте – я гражданин Советского Союза!

А для оратора самое главное – мощь слова. Напевность может только помешать смысловым акцентам. Чтобы выделить ключевое слово, поэт ставит его в конце строки и подбирает к нему рифму. Таким образом на слово делается акцент интонацией, а созвучие и логическая связь с другим важным словом образует так называемое смысловое ударение.

Я сразу смазал карту будня,

плеснувши краску из стакана;

Я показан на блюде студня

косые скулы океана.

Более того, ритм стихотворения может изменяться, а смену ритма диктует интонация.

Рифмовка у Маяковского тоже особенная. И тоже выросла из живых выступлений.

«Рифма возвращает вас к предыдущей строке, заставляет вспомнить её, заставляет все строки, оформляющие одну мысль, держаться вместе», – отмечал поэт. Следовательно, рифма должна быть яркой, запоминающейся. Традиционная, точная рифма его не устраивала.

В точной рифме звуки рифмующихся слов совпадают, начиная с ударного гласного. Возьмём для примера начало стихотворения Пушкина:

Я вас любил: любовь ещё, быть может,

В душе моей угасла не совсем;

Но пусть она вас больше не тревожит;

Я не хочу печалить вас ничем.

Рифмы Маяковского неточные. Они построены не на полном совпадении звуков, а на созвучии согласных:

Вы ушли,

        как говорится,

                      в мир иной.

Пустота...

          Летите,

                 в звёзды врезываясь.

Ни тебе аванса,

               ни пивной.

Трезвость.

Мы видим, что в стихотворении «Сергею Есенину» зарифмованы слова «трезвость» и «врезываясь». Часто рифмовку Маяковского называют фонетической. Поэту не важно, что написание зарифмованных слов не совпадает. Главное – их созвучие.

В своей статье «Как делать стихи?» поэт подчёркивал, что есть бесконечное количество способов рифмовки.

Можно рифмовать и начала строк:

улица –

лица у догов годов резче, –

и т.д.

Можно рифмовать конец строки с началом следующей:

Угрюмый дождь скосил глаза,

а за решёткой, чёткой, –

и т.д.

Можно рифмовать конец первой строки и конец второй одновременно с последним словом третьей или четвертой строки:

Среди учёных шеренг

еле-еле

в русском стихе разбирался Шенгели, –

и т.д. и т.д. до бесконечности.

Революционный подход к стихосложению не мог обойтись и без языковых новшеств. Тем более, что футуристы прямо заявляли о необходимости новых слов, новой грамматики и нового синтаксиса.

В стихах Маяковского встречается масса неологизмов. Например: прозаседавшиеся, медногорлый, бесконечночасый, стихачество, пианинить, легендарь, гросбухнем, бродвеище, молоткастый, декабрый, фырк.

Но в отличие от футуристов, Маяковский не стремился полностью перейти на новый язык. Поэт использовал всё богатство русского языка. Например, в ход шли профессионализмы – слова, характерные для той или иной профессии.

Например: плечо рычага, зуб шестерёнки, колено трубы. Каждое слово или термин поэт переосмысливает, превращая его в средство художественной выразительности:

Всё меньше любится,

                   всё меньше дерзается,

и лоб мой

         время

              с разбега крушит.

Приходит

        страшнейшая из амортизаций –  

амортизация             

           сердца и души.

Архаизмы у поэта тоже находили своё применение.

«Голос подъемлю днесь», – пишет поэт. Днесь, мнить, вотще и так далее – все эти слова встречаются в лирике Маяковского, придавая торжественность стихам.

Торжественность, монументальность, мощь – такими словами часто характеризуют стихи Маяковского.

Излюбленные приёмы поэта – гипербола и литота, преувеличение и преуменьшение. В лирике Маяковского нет полутонов, неясностей, спокойных красок. В ней всё огромное, масштабное, либо уничижительно мелкое:

Адище города окна разбили

на крохотные, сосущие светами адки.

Или:

Мыслишки звякают лбёнками медненькими.

Обратите внимание, как поэт пользуется грамматическими средствами языка. Например, суффиксами:

Невыносим человечий крик.

Но зверий

душу веревкой сворачивал.

Я вам переведу звериный рык,

если вы не знаете языка зверячьего.

Поэт тонко улавливает и эмоциональную окраску частей слова. Например, так он играет на уничижительном оттенке суффикса ё в поэме «Люблю»:

Дамьё от меня ракетой шарахалось.

Максим Горький отмечал, что Маяковский обладает необыкновенно тонким языковым чутьём.

Это чутьё позволяет поэту смело экспериментировать с грамматикой и видом рифмовки, соединять архаизмы и неологизмы и, разумеется, создавать удивительные метафоры.

Метафоры поэт определял как «перемену взгляда на взаимоотношение всех вещей».  Для Маяковского характерны яркие, острые развёрнутые метафоры. Зачастую они связаны с кровью и войной: «окровавленный сердца лоскут», «баррикады сердец и душ», «парадом развернув моих страниц войска, я прохожу по строчечному фронту». Часто встречается обращение к предметам быта, как в стихотворении «Норднее»:

Море

блестящей, чем ручка дверная.

или:

Примусом волны фосфоресцируют.

Кроме того, для Маяковского характерны метафоры, связанные с промышленным производством.

«Промышленная» метафора для поэтического творчества использована в стихотворении «Разговор с фининспектором о поэзии».

Поэзия –

         та же добыча радия.

В грамм добыча,

               в год труды.

Изводишь

        единого слова ради

тысячи тонн

           словесной руды.

С точки зрения Маяковского поэзия – это тяжёлый труд, который

любому

          труду

                родствен.

В этом же стихотворении говорится о роли и предназначении поэта:

А что,

      если я                   

            народа водитель

и одновременно –             

                 народный слуга?

Класс

     гласит            

           из слова из нашего,

а мы,

     пролетарии,                

                двигатели пера.

Маяковский называет поэта должником вселенной, который в долгу

Перед всем,

                   про что

                           не успел написать.

Поэт дарит бессмертие всему, о чём он пишет. А слово его одновременно

И ласка,

     и лозунг,

             и штык,

                   и кнут.

Поэт не просто сохраняет настоящее для будущего, он это настоящее преобразует. В этом его предназначение и долг перед миром.

Поэтесса Марина Цветаева так оценивала поэтический гений Маяковского:

«Когда мы говорим о Маяковском, оборачиваться нам, а может быть нашим внукам, придётся не назад, а вперёд. Говоря о поэте, дай нам Бог помнить о веке».